Красная помада

09 марта 2016

Я написала этот текст для журнала Allure в 2013 году. Allure его чуть подправил, и вернул мне, но найти журнальный вариант я не в силах, и даже почтового ящика уже нет.

Поэтому вешаю тут свой первый, неправленый.

 

«Есть мужчины, я их знаю, которые не любят красную помаду. Некоторые ее даже боятся по удивительной причине: для них это тревожный знак из детства,

Screen Shot 2016-03-08 at 23.52.03

что мама накрасилась и уходит, а они остаются в одиночестве. Такой печальный опыт не означает, что красная помада – плохо. Это значит только, что нужно чаще отмечать праздники вместе с детьми. А мужчине, который мне рассказал про свой детский страх, я ответила бы вот что, будь он моим единственным: «Любимый,  теперь красная помада всегда будет присутствовать в твоей жизни, потому что мы встретились, и это радость, а может даже и праздник.» И тогда он привыкнет, и не будет ее бояться, потому что девушка в красной помаде – не амазонка, а веселая принцесса, а красная помада – не броня, она тоньше папиросной бумаги. Ее обладательница не рубанет вас мечом наотмашь, а позовет веселиться вместе. У нее это на лице написано, красной помадой.

Пусть лучше мужчины опасаются бледных, томных, обманчиво робких цветов. За ними двойное дно, за ними умысел, болотный туман и морок. Таких особенно любят мачо: бледных, стеблевидных, без признаков пола, железных изнутри хищниц, выглядящих невинными старлетками. Мачо любят длинные изматывающие бои, коварного противника, интриги и талейрановы взрослые игры. Что им красная помада? игрушечные доспехи из конфетной фольги, шутливая битва до первой крови, никакой стратегии, радостная добыча, готовая пойти в пляс от полноты жизни.

Но видите ли, мачо, неизвестно, какая задача сложнее, ибо девушка в красной помаде сама решает, когда ей играть в войну, а когда воевать по-настоящему. Она не трудится притворяться недоступной. Захочет – и станет, и никакие притворные и настоящие штурмы ее крепости к победе не приведут.

А вдруг, скажет мне мачо, она тоже притворяется, играет в  легкую добычу? Ну так я ему отвечу: такой и притворяться-то всегда веселее. Мы, которые в красной помаде – мы и песню споем, и спляшем, и декольте тебе, и плечо.

… Когда мама красила губы ярко-красной помадой, и надевала шпильки, это не значило, что она меня бросает и что у нее намечается отдельный от меня праздник. Нет, мама могла так сделать вообще с утра пораньше, и мы проводили день вместе, гуляя по лесу, или по улицам, или завертывались в всякие прекрасные платья дома. А если она уходила куда-то, то всегда возвращалась, когда обещала, веселая, душистая, стройная – в красной помаде. Мы и сейчас там иногда делаем.

С 16 лет она всегда говорит мне: «Почему ты не накрашена?» Она художник, и хочет, чтобы мир был совершенным, поэтому искренне не понимает, что это за правило, по которому красной помадой нужно краситься, скажем, только после пяти вечера.

Зато к оттенкам красного она всегда строга (а помад красных цветов больше, чем оттенков снега в эскимосском языке),  равнодушна к громким брендам, если оттенок ей не нравится. Когда среди подаренных помад ей попадается Chanel рыжего красного цвета или Dior недостаточно малинового, она использует  их вместо краски в картинах.

На черном зеркальном подстолье трюмо у мамы всегда только духи. Один-два флакона, и помада. У меня никогда не было сомнения, что красная помада – свойство любой нормальной девушки. Но путь к правильной красной помаде долог, как жизнь.

… Раз в жизни я перестала краситься помадой. Я в то время жила в Бостоне, приехала туда веселая, с темно-красной помадой, с винным топазом в 62 карата в кольце, на высоких каблуках. Но через полтора месяца житья на кампусе Гарвардского университета усвоила, что есть марки джинсов, которые надевают только, назовем их так, танцовщицы; что есть стразы, их носят только продавщицы. И что кольца с камнями днем никто не носит, кроме меня. И вот еще помада, да. То есть нет.

Только это все мешает мне до сих пор поселиться через Атлантику от Москвы: я знаю, как я там буду выглядеть, маме не понравится. У меня будут там кроссовки типа теннисные туфли, светло-голубые джинсы Levi’s без единой строчки. Белая футболка, мышиный кардиган, или черный пиджак. И никакой помады.

Одна надежда – Нью-Йорк. Туда можно ехать жить, когда стану экстравагантным гербарием в желтых перчатках, зеленой юбке, фиолетовых бусах и с оранжевой сумкой. Нью-йоркская икона стиля, гротескная, будто карандашом вычерченная, печеное яблочко Ирис Апфель говорила недавно в своем интервью, что с определенного возраста неприлично краситься светлой помадой. Это парадоксальное утверждение верно (Нью-Йорк, жди меня, и я вернусь!) Красная помада в возрасте Ирис Апфель говорит о смелости и отваге жить эту жизнь, не стараться казаться моложе и не притворяться ничем, кроме себя.

С красной помадой меня, конечно, не пропустишь, а без помады в меня еще, чего доброго, влюбишься. Для того и нужна красная помада: она надежная охрана от посягательств и проверка на смелость. Все хотят ее стереть с наших губ. У одного это получается. За таких мы и выходим замуж.

 

Комментарии
0
Вы должны зарегистрироваться, чтобы оставить комментарий.

Забыли пароль?