Кулинарные маршруты
для истинных гурманов

Баухаус, семинар второй

Баухаус, семинар второй
1 дней
5 остановок
Петер Беренс, или Как зарождался дизайн
untitled
Общие сведения
  • Протяженность, км
    1407
  • средняя Длительность, дней
    1
  • остановок
    5
  • Мест к посещению
    5
Время в пути
Часы
  • Автомобиль
    14.48мин.

История представляет собой зачастую клип из отдельных фрагментов, будто выхваченных из темного потока событий светом прожектора. Первому рассказчику удается осветить их, а вслед за ним идут сотни, транслируя очевидное.

Но бывает, появляется следующий, выхватывает своим фонариком другое место из сумерек прошлого, и тут все внезапно видят прежде невиданное, неизвестное, неординарное.

Так оказался в свете прожекторов Петер Беренс, архитектор, спокойно и скромно стоявший на полке среди ключевых фигур авангарда, повлиявших на развитие архитектуры 20-го века.

Петер Беренс

О нем прежде рассуждали только специалисты, да и то весьма сдержанно. Но тут появляется съемочная команда фильма Babylon Berlin и выводит Петера Беренса на сцену, точнее, выводит его архитектуру — Александерхаус и Берoлинахаус на берлинской площади Александерплац (несмотря на анахронизм, ведь действие фильма происходит за несколько лет до окончания их строительства в 1932-ом), и лестницу в  Peter-Behrens-Bau, здании, изначально предназначенном для автомобильного ответвления знаменитой  AEG.

А следом случается 100-летие школы Баухаус – и все начинают припоминать архитектурное бюро Петера Беренса, его ассистентов  Вальтера Гропиуса и Адольфа Майера, Людвиг Мария Михаэль Миса и их практиканта Шарля Эдуар Жаннере Гри.

Первый из перечисленных — основатель и первый директор школы Баухаус, второй — преподаватель этой школы. Третий — это суперстар интернациональной архитектурной сцены, немецко-американский архитектор Мис ван дер Роэ (это его псевдоним), последний —  знаменитый Ле Корбюзье (его пребывание в команде Беренса было кратчайшим).

Архитектурное бюро Беренса располагалось в Берлине. Оттуда из штаб-квартиры велись многочисленные проекты по всей Германии и не только. Поэтому, казалось бы, логично рассказывать о Петере Беренсе, архитекторе, пионере корпоративного дизайна, открывателе эффекта синергии (мне ведь позволено воспользоваться моим собственным фонариком?), именно в Берлине. Но речь — о школе Баухаус, о первой дизайнерской школе, которая, как и все в мире, имела предысторию и предтеч, и поэтому вынужденным образом выбирается другой географический пункт, а именно Дюссельдорф, столица земли Северный Рейн-Вестфалия, в то время центр Рейнской провинции Пруссии. Там в 1903 Петер Беренс возглавил новую художественно-промышленную школу, просуществовавшую в созданном им варианте до 1907. Точнее, она продолжала функционировать и дальше с другим директором, но это были два шага назад.

Здание в котором располагалась художественно-промышленная школа в 1903-1907 годах

История Петера Беренса, преподавателя и педагога началась еще в Нюрнберге. По инициативе директора музея ремесел при музее были организованы курсы, а в качестве преподавателя приглашен молодой прогрессивный художник. Прогресс виделся в отказе от слепого копирования образцов, орнаментов, стилей, в воспитании свободы и собственного мышления, потому что ремесленник будущего должен был стать художником, создающим эстетически современный продукт.

В введении к своему курсу Беренс написал: Нюрнбергская история искусств не знает отдельных рубрик «Высокое» и «декоративно-прикладное», она не разграничивает то, что посредством красоты связано воедино… В настоящий момент этот принцип возвращается, и это хороший знак, что сегодня предмет, наряду с практическим предназначением обогащающий жизнь эстетически, требует такого же внимания художника, как живопись или скульптура. Но это означает, что его изготовитель должен стать подлинным художником. Уже недостаточно добавить что-то к предмету, какой-то необязательный с точки зрения функциональности довесок, и таким образом сделать его эстетически прекрасным. Нет. Это изменение должно исходить из сущности и материала самой вещи.

Напоминает, не правда ли, знаменитое «форма следует функции»? Курс при музее был успешным, его повторили еще раз. А затем окрыленный молодой Беренс написал программу обучения для ремесленников и художников и подал заявку на должность ректора школы в Мюнхене. Получил отказ. Серьезные мужи в Мюнхене сочли молодого человека слишком революционным. Но попытка не прошла даром, Петер Беренс был замечен чиновниками в Берлине (да, бывают и неравнодушные чиновники) и, когда в Дюссельдорфе искали специалиста на должность директора новой художественно-промышленной школы, был ими рекомендован.

Стоит представить ту ситуацию в 1902 году. Государство видит проблему, замечает, что архитекторы, производители, ремесленники не котируются на мировом рынке, что британцы и голландцы — на несколько шагов впереди, что нужен новый толчок. Государство выделяет деньги. И хочет иметь у себя самое прогрессивное на тот момент — в объявленном конкурсе на должность ректора побеждает рекомендованный Берлином Петер Беренс.

А дальше — как в сказке. Можно сказать, у нового директора был картбланш. Он посещает ведущие мировые художественно-промышленные школы: в Вене, Гааге, Лондоне. Он пишет программу, где большое внимание уделяется не копированию образцов, а работе с натуры.  Где образование разделено на два этапа — начальная подготовка и специализация, позже этот же принцип будет осуществлен Вальтером Гропиусом в школе Баухаус в Веймаре (об этом на следующем семинаре).

Каждый ученик, по идее Беренса, должен в течение предварительного курса овладеть умением стилизовать реальные объекты и превращать их в орнамент, или цитировать упрощенные формы при проектировании предметов мебели и обихода. Следующий этап образования — специализация. Преподаватель и ученики переезжают из академических классов в мастерские, директор пытается даже открыть фотолабораторию, но не получает разрешения от начальства.

Чтобы реализовать все свои идеи, Беренс нуждается в команде, он начинает отбирать преподавателей, предложение получают известные профессора и молодые прогрессивные специалисты Австрии и Голландии, одно из писем отправлено Василию Кандинскому. Живописец, в то время ведущий успешные курсы в Мюнхене, отказывается. О причине история умалчивает, возможно, зарплата, предложенная прусским правительством, не отвечает запросам Кандинского, либо Дюссельдорф не предоставлял столько возможностей для реализации, как Мюнхен. Позже он согласился — стать преподавателем школы Баухаус, но это были другие времена.

Сам Петер Беренс преподает архитектуру, но быстро понимает, что совмещать руководство школой с преподавательской деятельностью, а также с работой над собственными проектами — не вариант. Он добивается от прусского руководства освобождения от обязательных часов и находит для класса архитектуры нового профессора — голландца Матьё Лауверикса. Архитектор, теософ (преемник великого Рудольфа Штайнера), педагог является автором собственного метода — построения пространства как внешнего, так и внутреннего, с помощью кубов и квадратов. Впоследствии Лауверикс поставит в вину Вальтеру Гропиусу использование его разработок без какой-либо отсылки к автору.

Реплика Немецкого историка: Уже после первого семестра художественно-промышленной школы стало очевидно, что Петер Беренс для нее — правильный выбор. Это был успех, практически сразу Дюссельдорф занял второе место после Вены на континенте, как образовательный центр будущих дизайнеров (так говорить, конечно, недопустимо, понятия “дизайнер” тогда еще не существовало). Во многих ремесленных школах началась перестройка — отказ от копирования исторических образцов в пользу рисования с натуры, зарисовок по памяти, творческих заданий.

Ах, можно еще много дифирамбов спеть Беренсу. Знаете ли вы, что он давал рекламное объявление школы в газетах? Ему хотелось привлечь молодых активных и талантливых и за пределами региона. Еще он добился разрешения для женщин посещать занятия школы — «для воспитания вкуса будущих поколений». Беренс был визионер. Он мечтал, что региональные промышленники будут делать заказы ученикам школы…

Профессор высшей школы имени Петера Беренса Торстен Шеер: Да, у него было особое мышление, он был способен оживить любое предприятие (известный эффект синергии). Зачастую, например, он получал из Крефельда, города с другой стороны Рейна, заказы на рисунки для обоев, для шелка, для кованных оград. И ведь не случайно AEG обратило на него внимание. Но вот в самом Дюссельдорфе взглядов Беренса не разделяли — вся этаблированная художественная среда отнеслась к нему крайне пренебрежительно. Академия художеств и объединение художников Malkiste — вот они были подлинные мастера, а Беренс — так, дилетант, выскочка. Он даже получил от городских остроумов прозвище — Латтенпиттер (что-то вроде “Петька-Рейка”), за свой проект для Всемирной садовой выставки 1904 года, которая проходила в Дюссельдорфе на берегу Рейна.

Фотографии садового проекта Петера Беренса для Интернациональной садовой выставки в Дюссельдорфе, 1904 год

Реек в том временном саду было действительно очень-очень много. Но это не удивительно, какой же сад можно вырастить в высоту за пару месяцев до открытия? А Беренс хотел реализовать свой проект в трех измерениях, а не в виде плоских клумб с пестрым цветочным наполнением, мещанской радости современных ему бюргеров. В противовес подобному «ландшафтному дизайну» и создавался архитектурный сад.

Фотография садового проекта Петера Беренса для Интернациональной садовой выставки в Дюссельдорфе, 1904 год

Реплика Немецкого историка: конечно, в качестве реформатора садов Петер Беренс был теоретиком пространства, создающим инсталляции, а не садовником! Он был конструктивистом, одевавшим создаваемые формы в органику.

Если коротко о ситуации: в садовом искусстве бал правили приверженцы английских пейзажных садов и романтики. Обязательным были руины, природные холмы, извилистые дорожки. Но то, что хорошо на территории в несколько гектаров, смотрится смехотворным на десяти сотках. Где вместо холма — горочка с тропинкой вокруг, которая никуда не ведет, а вместо живописной руины — свалка камней с выгорающими на солнце кустами. Беренс обратился к геометрическому планированию садового ландшафта, монастырям средних веков, Ренессансу и коттеджам сельской Англии. И снова были образовательные поездки на Британские острова, изучение темы.

Реализованный проект «Петьки-Рейки» представлял собой сад, где образующим элементом стали перголы из реек. Их расположение было подчинено строгой симметрии, были использованы простые стилизованные формы и представлен ограниченный выбор растений: подстриженные изгороди и однолетние цветы. Центральное место в саду занимал построенный на личные средства архитектора безалкогольный ресторан «Юнгбруннен / Колодец молодости» прекрасный пример нового дизайнерского мышления и полного финансового провала. Ведь Дюссельдорф — это еще и рейнская столица пивоварен и пивных баров, разве в таком городе возможна антиалкогольная пропаганда?

Антиалкогольной ресторан “Юнгбруннен”, Дюссельдорф, Интернациональная садовая выставка 1904

Немецкий историк: в какой-то момент ему стало ясно, что развития, на которое так надеялся, в Дюссельдорфе не будет. И тут как нельзя кстати возникло предложение компании AEG стать художественным консультантом предприятия. Архитектор сразу соглашается и в 1909 году переезжает в Берлин.

Профессор Шеер: да, и с берет собой ученика Адольфа Майера — в качестве ассистента. А уже  в Берлине знакомится с юным будущим фон дер Роэ, которому в Ахене посоветовали добиваться успеха в прусской столице. Тат становится ассистентом и Вальтер Гропиус, с ним где-то на отдыхе, в Португалии или Испании, познакомился меценат Карл Остхауз из Хагена (это имя стоит запомнить на будущее) и рекомендовал ему «ехать в Берлин».

Архитектурное бюро Петера Беренса в Берлине очень успешно. Помимо постоянной работы для AEG (проектировалось все — от почтовой бумаги до фабричных зданий, от вентиляторов до машин, недаром речь заходит о зарождении корпоративного дизайна), приходят заказы на проекты, например, на  посольство Германии в Петербурге на Исаакиевской площади (1911):

Здание посольства Германии в Спб

Правда, Петер Беренс еще раз обращается к Дюссельдорфу, получив заказ от металлургического гиганта Маннесманн на строительство здания на набережной Рейна.

Петер Беренс. Главное управление металлургического предприятия Mannesmann в Дюссельдорфе

Тут я снова выну свой личный «фонарик»: на уровне общего места витает факт, что именно Ле Корбюзье отменил несущие стены, ввел железобетонную конструкцию — все это он четко обозначил в своем манифесте от 1923 года «Пять отправных точек современной архитектуры.». Правда, в комментариях к нему иногда и возникает поправка, гласящая “до этого момента часть принципов применялась отдельными архитекторами, Корбюзье лишь свел их воедино”, но эта поправка общим местом не стала.

Петер Беренс. Главное управление металлургического предприятия Mannesmann в Дюссельдорфе, 1911-1912 гг.

Профессор Шеер: Так вот, Беренсбау представляет собой именно конструкцию из столбов, стены которой — обои. Как внешние, так и внутренние. Поэтому пространство можно различным образом перестраивать, меняя его предназначение. Например, в качестве общежития для беженцев, как это случилось в 2015-2017 годах. Здание после выезда компании Vodafon пустовало и его решили таким образом заполнить.

Над планированием Маннесманн-здания работали и ассистенты Беренса, Гропиус и Мис ван дер Роэ, последний чертил лестницу. По крайней мере, так он сам заявил, когда посетил Дюссельдорф уже в качестве американского архитектора, мировой звезды первой величины. Дело было в еще одном здании Маннесмана по проекту фон Эслебена,  он и был собеседником Ван Дер Роэ. Фон Эслебен смотрел снизу вверх на американскую звезду, а тот — сверху вниз на собственное прошлое.

Больше Петер Беренс в Дюссельдорфе не строил. Может быть, хотел бы, но всюду уже успел главный конкурент Вильгельм Крайс, о нем дальше.

Петер Беренс. Главное управление металлургического предприятия Mannesmann в Дюссельдорфе, 1911-1912 гг.

***

А что же было со школой? Скажем и о ней на прощанье.

После Беренса директорское кресло художественно-промышленной школы в 1907 году занял Вильгельм Крайс. И сделал все, чтобы уничтожить школу, созданную предшественником. В том числе выжил приглашенных Беренсом преподавателей. (Самый большой скандал случился с Матьё Лаувериксом, который, к счастью для Германии, был приглашен меценатом Остхаузом в Хаген и преподавал там в дизайнерской школе несколько лет.) Почему? Потому что Вильгельм Крайс не разделял взглядов Петера Беренса и его команды, он был против интернационализма, он был за национальное в архитектуре. А именно — за немецкий дух. Возможно, именно поэтому его строения воспринимаются как нацистские. А их много в Дюссельдорфе.

И все они — на виду. На той же набережной Рейна, где в 1904 году проходила Интернациональная садовая выставка, в 1926 состоялась GeSoLei, немецкая ВДНХ, если так можно выразиться, только предметом в ней было не народное хозяйство, а здоровье, физкультура и социальные условия. Ну и национальная идея, само собой, как же без нее поднять дух после поражения в Первой мировой, инфляции, депрессии, краха. Вильгельм Крайс стал главным архитектором, который спроектировал здания GeSoLei, предназначенные и для дальнейшего использования. В настоящий момент это главный концертный зал Дюссельдорфа Tonhalle и несколько музеев.

Вильгельм Крайс, Tonhalle, Дюссельдорф

Вильгельм Крайс, Tonhalle, Дюссельдорф

Рекомендации для слушателей семинара (читателей)

Стоит посетить:

Художественную колонию в Дармштадте. Это самое начало карьеры Беренса. Спроектированный им дом, тот самый Gesamtkunstwerk/ цельное произведение, был в центре обсуждения в начале 1900х:

www.mathildenhoehe.eu, Institut Mathildenhöhe Olbrichweg 15, 64287 Darmstadt, Telefon +49 6151 132778

Художественная колония в Дармштадте

Склад металлургического завода в Оберхаузене:

Склад металлургического завода в Оберхаузене

Там сейчас экспозиция, посвященная творчеству Петера Беренса, https://industriemuseum.lvr.de/de/startseite.html: выставка “Полезное и прекрасное. Дизайн 1920 – 1940-х”, Здание Петера Беренса в Оберхаузене. Открыта до февраля 2020 г.:

 

Домашнее задание для автора семинара.

Посетить:

Главное управление химического комбината Hoehst AG во Франкфурте-на-Майне http://www.ihr-nachbar.de/:

Здание концерна Хёхст

Посмотреть в Берлине не только Александерплац, но и другие архитектурные сооружения Беренса, например турбинную фабрику АЕG на Huttenstraße, дома 12 & 16:

Берлин-Моабит, турбинная фабрика AEG

Автор Елена Невердовская

Баухаус, семинар первый. Анри ван де Вельде и утопия «Новый Веймар»

О школе Баухаус в 15-ти эссе. Введение: “О столетних – только хорошо или ничего”

Travelinsider image

Остров Святого Лазаря в Венеции

Путешественник Дмитрий Павлов (в фейсбуке facebook.com/dmitriypavlov.cositabellini) написал об одном из прекрасных мест в Венеции…
1 дней, 1 остановок
Комментарии
0

Вернуться наверх

Забыли пароль?